Плод нашей нелюбви [СИ] - curly_Sue

тебя около своего дома, около меня, а уж тем более рядом с Пелагеей. А если ты неожиданно решишь напомнить о себе, то я не знаю, что с тобой сделаю. Ты поняла меня?

- Билан, ты мразь! Последняя конченая тварь! Я тебя ненавижу, слышишь? Шлюха и мудила – идеальное сочетание!

Услышав эти визги Виктории, Поля подумала, что ее можно теперь только пожалеть: судя по всему, с таким-то набором человеческий качеств, как ревность, истеричность и умение поскандалить, ей туго будет в личной жизни. Знала она подобных девушек на примере собственных знакомых, которые изводили своих вторых половинок мелочными придирками, подозрительностью, беспочвенной ревностью. Да еще и считали каждую копейку, требуя отчет о самых незначительных тратах. Это при том, когда мужчина сам зарабатывает деньги. Странные. Сами не понимают, что делают. А если это так, то, может, следует открыть Вике глаза?

- Дим, я замерзла, – не обращая внимания на колкости брюнетки, Пелагея подняла на Билана серые глаза и, прижавшись к нему всем телом, улыбнулась уголками губ.

- Поль, иди в дом. Ты как себя чувствуешь?

- Хорошо, спасибо за заботу, дорогой, – улыбнувшись, она поцеловала его в щеку. – Не убей ее только, ладно? – девушка очень медленно побрела к дому, не выпуская Диминой руки из своей ладони до тех пор, пока это позволяло сделать расстояние, краем глаза наблюдая за реакцией Виктории.

Как только Пелагея перешагнула порог дома, в лицо тут же ударило приятное тепло, разливающееся по всему замерзшему организму. Сняв верхнюю одежду и повесив пальто на крючок, она прошла в глубь дома и мыслями вернулась на полтора месяца назад. Даже находясь ненавидящими друг друга врагами, Билан, не раздумывая, укрыл ее от всего мира (в частности, от Вики, замахнувшейся на нее осколком вазы), защитил и не позволил никому обидеть. По телу вновь разлилось это невероятное чувство безопасности и защищенности от всех напастей. На Полином лице появилась искренняя улыбка.

- Папа нас всегда защитит, правда, малышка? – обратилась она к своей девочке, опустив руку на уже заметный живот.

- С кем разговариваешь? – в гостиную вошел Дима и улыбнулся.

- Ну, собеседник у меня только один, – певица обернулась к мужчине и счастливо улыбнулась. – Я надеюсь, нам не нужно будет сейчас идти и прятать труп?

Билан отложил куртку на кресло и присел на диван, закинув одну ногу на другую.

- Ой, я смотрю, кто-то в КВНе пересидел, – он улыбнулся, посмотрев на Полю. – Теперь у меня есть мой домашний Петросян, и жизнь не будет такой скучной.

- Масянь, а ты не офигел? – девушка сложила руки на груди и устроилась рядом на диване с молодым человеком. – Ну, а если серьезно? Что ты ей сказал?

- А если серьезно, – Дима тяжело вздохнул, – то я ей на пальцах объяснил, что будет с ней, если попадется мне или тебе на глаза. Я надеюсь, что до нее это дойдет.

Пелагея откинулась на спинку мягкого дивана, разгладив складки на подоле платья.

- Ой, Димка, что-то мне подсказывает, что она просто так не отстанет.

- Поль, ты прости, если я сейчас как-то тебя задену или обижу, но мне нужно знать… – осторожно начал он, теребя обивку дивана. – О чем вы тогда разговаривали в ресторане? Я спрашивал у нее, Вика сказала, что ты угрожала ей, – поймав на себе удивленный взгляд, мужчина добавил: – Но я не поверил ей. И все-таки, что произошло перед нашей, так сказать, встречей?

- Ты правда хочешь знать? – удивилась Пелагея, нахмурившись. – Дим, я не угрожала… – она покачала головой. – Я просто залепила ей пощечину. Прости, но я не могла стоять и терпеть, как какая-то сопля зеленая оскорбляет меня и моего ребенка.

От воспоминаний того ужасного дня в уголках глаз непроизвольно начали собираться слезы.

- Полюш, прости, – певец приобнял Полю за плечи. – И прости, пожалуйста, за все мои слова… Я не хотел тебя обидеть, правда. Просто…

- Дим, проехали. Давай просто обо всем этом забудем? Слишком уж много слез и негатива.

- Как скажешь, – согласился он. – Прости…

- Так, а что есть покушать? – певица поднялась на ноги и, включив свет, прошла на кухню. В холодильнике мышь повесилась, на плите стоял какой-то суп (видимо, его готовила Виктория), а рисковать и есть его Поле не очень-то хотелось.

- Полюш, в общем, тут такое дело, – стоя на пороге кухни и опершись спиной о дверной косяк, мужчина замялся. – Я же не думал, что ты у меня гостить будешь… И, короче, дома ничего съедобного нет.

- И почему я не удивлена? – блондинка захлопнула дверцу холодильника и прислонилась плечом к холодной поверхности корпуса, скрестив руки на груди. – Билан, позволь поинтересоваться, а ты чем вообще питаешься? У тебя ведь шаром покати и, я уверена, уже очень давно! Ты решил здесь с голоду помереть, да?

- Не ворчи, я сейчас быстренько съезжу в магазин и накормлю вас, договорились?

- Я поеду с тобой, – уверенно произнесла Пелагея и направилась в прихожую. Нажав на выключатель, она собрала волнистые волосы в хвостик и подкрасила губы.

- Поля, нет! – строго воскликнул Дима, появившись в прихожей. – Ты и так сегодня устала, даже в машине уснула, поэтому иди и отдыхай!

Молодой человек скептическим взглядом посмотрел на блондинку: тащить с собой уставшую Полю в магазин не предвещало, по его мнению, ничего хорошего. Ну